Он это серьезно?

Как Игорь Додон ответил на вопросы приднестровских журналистов, и почему нам кажется, что он водит нас за нос 1 / 1Фото со страницы Игоря Додона в Facebook

Тема Приднестровья стала одной из основных во время пресс-конференции президента Республики Молдова Игоря Додона, прошедшей накануне на берегу Днестра в молдавском селе Голерканы. Глава РМ снова говорил об общем государстве, об особых условиях для Приднестровья и даже признал вину властей Молдовы в разжигании конфликта в 1989—1992 годах. При этом Додон явно смягчил риторику относительно совместных молдо-украинских постов на границе с Приднестровьем, выразив сожаление, что за поддержку совместного контроля границы его в ПМР подвергли жесткой критике. Вместе с тем он подчеркнул, что в ближайшие два года прорыва в решении молдо-приднестровского конфликта ждать не стоит. Задать свой вопрос Додону смог и корреспондент ИА «Новости Приднестровья», однако после ответов президента РМ появилось еще больше вопросов.

Приднестровские ребята есть?

О том, что на свою следующую пресс-конференцию он пригласит приднестровские СМИ, Игорь Додон заявил еще несколько недель назад. Тогда он в довольно резкой форме выразил неудовольствие тем, что журналисты в ПМР подвергли жесткой критике его одобрительные высказывания по поводу молдо-украинских постов на приднестровско-украинской границе. Обида Додона на СМИ Приднестровья вполне понятна и даже прогнозируема, но справедлива ли она? Совместные посты на границе с ПМР могут поставить республику на грань выживания, это откровенно враждебный блокадный акт против Приднестровья, в чем признался недавно и украинский посол Иван Гнатишин.

Поговорить об этом с президентом РМ в Голерканы отправилась группа журналистов из Тирасполя. К тому же другие высказывания и действия Игоря Додона также вызывают у жителей Приднестровья множество вопросов. Чего стоит только заявленное им единство позиции высших должностных лиц РМ по поводу Приднестровья, которую вряд ли назовешь конструктивной и миролюбивой.

Встречу журналистов с президентом Молдовы «замутил», по выражению самого Додона, пресс-клуб «Социальный резонанс» Артура Ефремова, за что получил устную благодарность от президента РМ. При этом Игоря Додона взволновало присутствие журналистов из ПМР.

«Приднестровские ребята есть?» — поинтересовался он после своего приветствия к собравшимся, среди которых присутствовали также блогеры, эксперты и представители СМИ Молдовы, Гагаузии, Румынии и даже Германии, например, политолог Александр Рар.

Увидев лица корреспондентов Первого Приднестровского телеканала, Додон поспешил пожать им руки, проявив доброжелательность и гостеприимство, как бы давая понять, что готов обсуждать самые острые темы.

«Добро пожаловать в Голерканы. Место историческое… Интересное тем, что буквально в конце марта мы здесь в последний раз встречались с Красносельским Вадимом Николаевичем и прямо здесь проводили пресс-конференцию. Может, еще встретимся как-нибудь здесь в ближайшее время либо на том берегу», — сказал Додон, указывая на Кочиеры, находящиеся под юрисдикцией Молдовы.

Автомобильно-номерная комбинация

Помнится на встрече с президентом ПМР Вадимом Красносельским Игорь Додон обещал ускорить решение насущных проблем, отраженных в Берлинском протоколе: признание приднестровских автомобильных номерных знаков, дипломов о высшем образовании ПМР, закрытие политически мотивированных уголовных дел на должностных лиц Приднестровья. С тех пор прошло уже полгода, а воз и ныне там. Это при том, что приднестровская сторона закрыла со своей стороны ряд уголовных дел на молдавских силовиков и запросила документы для обеспечения доступа молдавских аграриев на земельные участки в Дубоссарском районе.

И вдруг на пресс-конференции в Голерканах с живописным видом на Днестр Игорь Додон заявляет, что планы решения проблем связи, номерных знаков и дипломов у него имеются, а проблема только в приднестровской стороне, которая якобы не желает их принимать. Это, по его словам, тормозит встречу на международной площадке в формате 5+2 (Молдова и Приднестровье — стороны; Россия, Украина, ОБСЕ — посредники; США, ЕС — наблюдатели), которая могла бы состояться уже в начале июля. Кстати, по вопросу автономеров Додон пояснил, что суть его предложения на деле заключается в том, чтобы приднестровцы регистрировали свои авто в Молдове. Иными словами, речь идет о повторении сценария блокады 2006 года, но уже в области автотранспорта, то есть автомобилистам Приднестровья попросту предлагают регистрироваться в Молдове и получать весь комплект молдавских документов в обмен на возможность выезжать за рубеж. О каком компромиссном характере такого предложения идет речь, остается только догадываться.

Со своей стороны Игорь Додон в эфире молдавских телеканалов не упускал возможности подсчитывать гуманитарную помощь и газовые деньги России, благодаря которым Приднестровье выживает в условиях многолетней политической и экономической осады (по мнению Додона, эти деньги «деребанились»). При этом пункты Берлинского протокола так и остались на бумаге.

«Нечего созывать, пока у нас по пакету не будет два-три момента решения. Созывать «5+2” без конкретики они (ОБСЕ — прим. ред.) не хотят. После того как мы дали пять-шесть пунктов решений, они хотели в начале июля собрать «5+2”. Но приднестровская сторона не дает ответ», — заявил Додон на вопрос корреспондента Первого Приднестровского телеканала, почему президент РМ не подписал совместно с Красносельским обращение к ОБСЕ о созыве «Постоянного совещания…».

Фото со страницы Игоря Додона в Facebook

С момента заключения Берлинского протокола прошло уже больше года — все это время власти РМ отказывались выполнять взятые на себя обязательства, что происходит, кстати, не в первый раз. Более того, политпредставитель от Молдовы неоднократно уклонялся от встречи с приднестровскими дипломатами, хотя Тирасполь постоянно призывал вернуться к выполнению положений, выработанных в Берлине. Теперь Игорь Додон говорит, что переговоры срываются по вине Приднестровья, предлагая при этом приднестровским автомобилистам фактически перейти под юрисдикцию Молдовы. Ну что ж, во всем этом продолжает сквозить политика, что явно не идет на пользу двусторонним отношениям. При этом никаких реальных подвижек в решении заявленных вопросов не видно, а слова и декларации по-прежнему доминируют в информационном пространстве.

Я против, но за

С другой стороны Додон постарался смягчить риторику по поводу совместных молдо-украинских постов на приднестровской границе. Но получилось это весьма оригинально.

«Я против появления совместных постов, если это приведет к ухудшению экономической ситуации, положения экономических агентов, физических лиц и бюджета Приднестровья», — сказал в Голерканах президент РМ, предложив допустить молдавских чиновников в Тирасполь, для того чтобы те поняли, «что нужно сделать, чтобы нивелировать негативный эффект от совместного контроля».

Таким образом, Додон подтвердил приверженность совместным постам, делая вид, что не понимает позиции Приднестровья. А она, между прочим, проста — совместный контроль устанавливается с целью оказать давление на ПМР и накинуть на нашу республику очередную экономическую удавку. Напомним, в этом признался недавно и посол Украины. В связи с этим возникает вполне резонный вопрос: если Игорь Додон заявляет о том, что готов договариваться с Приднестровьем, зачем он делает то, что нервирует приднестровцев?

В ходе пресс-конференции Додон еще раз повторил формулу, о которой говорит при любом удобном случае на всех медиа-площадках: «У Молдовы без Приднестровья нет будущего, так же как у Приднестровья нет будущего без Молдовы».

При этом президент РМ, судя по его словам, уверен, что молдо-приднестровского конфликта не существует, а есть «приднестровская проблема». Между тем, различные ограничительные меры в отношении ПМР, отказ властей РМ от выполнения ранее достигнутых договоренностей, игра на нервах простых приднестровцев в кишиневском аэропорту, уголовное преследование приднестровских госдеятелей явно подтверждают, что агрессия Молдовы против Приднестровья после 1992 года не закончилась, а просто перешла в холодную фазу.

Сегодня, для того чтобы разрешить молдо-приднестровский конфликт, нужны годы выстраивания доверия между двумя государствами. В Приднестровье прекрасно помнят, как Кишинев говорил о мире, но при этом ввёл войска в Бендеры. Как подписал Меморандум 1997 года, предоставив право ПМР на свободную экономическую деятельность, а затем в 2006 году устроил республике блокаду. Как согласился на федерализацию по плану Козака в 2003 году, а затем в последний момент «похоронил» уже парафированное соглашение. Примеры на этом не заканчиваются.

Я не такой, но вам никуда не деться

С одной стороны Игорь Додон понимает все эти моменты.

«Я понимаю, через что вы прошли, я понимаю, что этого не забыть», — говорит он.

«Я признаю вину руководства Молдовы», — уверяет Додон, имея в виду 1989−1992 годы.

Но тут же он говорит о том, что настало время вернуться к обсуждению политического статуса Приднестровья в составе Молдовы, обещая некие гарантии: нейтралитет Молдовы и право на самоопределение Приднестровье, в случае если Молдова потеряет свою государственность. Однако, учитывая четвертьвековой опыт взаимоотношения с РМ, где гарантии, что эти гарантии будут соблюдаться? К тому же Приднестровью предлагают реинтегрироваться в страну с расколотым обществом и взрывоопасной политической атмосферой. Говорить об умении молдавских политиков держать слово вообще не приходиться.

Об этом был и мой вопрос, адресованный Игорю Додону:

 — Вы предлагаете нам совместно решать вопросы, но все 25 лет мы видим, как молдавские политики подписывают соглашения с приднестровцами, затем в одностороннем порядке отказываются их выполнять. Почему приднестровцы должны доверять вам? — спросил я.

 — Я такой же вопрос задаю себе… За 25 лет политики Молдовы кидали своих партнеров, — согласился Додон, уверяя, что он не такой, как остальные молдавские политики. — Я понимаю чего боятся жители Приднестровья… Насильно любим не будешь… Я не хочу, чтобы Молдова насильно стала любимой для Приднестровья. Я хочу, чтобы мы нашли точки, для чего нам это интересно.

Верно подмечено, Игорь Николаевич, но эти точки соприкосновения мы искали долго. Сначала, когда националистическая истерия только начиналась в Кишиневе, мы просили статус свободной экономической зоны, но получили кровавый разгон демонстрантов в Дубоссарах. Затем, чтобы чувствовать себя в безопасности, мы хотели автономию, но получили спецоперацию ОПОНА. Потом мы сами предлагали федерализацию, но и тогда к нам отнеслись, как к врагам, — в 1992 году власти РМ устроили бойню в Бендерах, а в 2003 в очередной раз отказались от идеи общего государства на федеративных началах. Только после того, как ПМР оказалось в экономической блокаде в 2006 году, приднестровцы потеряли надежду на адекватное примирение с Молдовой и на референдуме проголосовали за независимость и последующую интеграцию с материнским государством — Россией.

Уважаю, но не очень

Игорь Додон в самом начале пресс-конференции сказал, что уважает выбор приднестровцев.

«Я всегда говорил, что уважаю лидера Приднестровья. И один из первых официальных лиц РМ за 25 лет поздравил его с избранием на должность президента. Этого никто не делал. Критики было много. Почему я это сделал? Есть жители, которые живут на том берегу в Приднестровье, они избрали своего лидера — нравится нам это, не нравится. Но я уважаю выбор приднестровцев», — сказал он.

Однако, когда речь зашла о независимости Приднестровья, курс на которую поддерживают жители ПМР, оказалось, что выбор приднестровцев Додону не так уж и важен.

«Независимость Приднестровья. Ну как вы это себе видите? Молдова с одной стороны, Украина с другой стороны. Не будет второго Калининграда», — сказал он, предложив Приднестровью определяться между Украиной и Молдовой.

Подобный фатализм политика, конечно, умиляет. Однако то, что будет, вряд ли кому известно. Но Приднестровью выбирать из двух зол не пристало. Выбор республика сделала в 2006 году, и, кстати, Госдума РФ тогда сочла его законным и справедливым. Говорить сегодня об общем государстве ПМР и РМ еще более утопично, чем когда бы то ни было — слишком много противоречий накопилось между сторонами. К тому же для реальной интеграции нужно искреннее желание людей, что признает и сам Игорь Додон. Однако в ближайшей перспективе такого желания не видно — на правом берегу многие боятся приднестровизации Молдовы, приднестровцы же не хотят повторения гражданской войны и не желают в очередной раз быть обманутыми.

Александр Корецкий.

Источник: novostipmr.com

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Привет ПМР
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: